Анна Комарова: «Подтверждать свой уровень нужно постоянно»

Собрать полный зал республиканской филармонии на концерт классической музыки удаётся далеко не каждому исполнителю. Таких, кто собирает полные залы с завидной регулярностью, и того меньше. В их числе наша землячка, уроженка Абакана, флейтистка Анна Комарова. Сейчас она живёт в Санкт-Петербурге. За её плечами два десятка побед в самых престижных конкурсах российского и международного уровня. 

 На прошлой неделе флейту Анны Комаровой и фортепиано заслуженной артистки Республики Хакасия Ирины Никифоровой зал приветствовал стоя. Вместе они дали концерт классической музыки в рамках проекта «Музыкальная академия». Мы встретились с Анной Комаровой и выяснили, что лежит в основе её творческого успеха.

— Анна, вы занимаетесь музыкой с четырёх лет. Не слишком ли рано вы начали? Или именно в этом причина ваших достижений?
— У меня мама музыкант. Она работает в детской музыкальной школе имени Кенеля. И так получилось, что я с детства у мамы на работе, и там была постоянно окружена музыкой. Но прежде чем начать серьёзно ею заниматься, сначала попала в кружок по дошкольному развитию. Надо отдать должное моим родителям. Они провели меня по многим вариантам детской занятости. Были в моей жизни и спорт, и художественная школа. А музыка как профессия появилась в ней потому, что постоянно была рядом с педагогами. В частности, с Ириной Николаевной Никифоровой. С ней вместе мы отыграли концерт «Музыкальной академии» в Абакане. Именно у неё я начинала учиться по классу фортепиано. Ведь в музыкальном образовании очень важен человеческий фактор. Если человек любит свою профессию, если для него это призвание, то он эту любовь транслирует своим ученикам. Вот преподаватели и привили мне любовь к флейте. 

— Сколько часов в день нужно заниматься, чтобы одерживать победы в самых престижных конкурсах? 
— Количество не равно качеству. Можно заниматься много и бесполезно, а можно мало и качественно. Это сложный вопрос. Очевидно, что очень много приходится заниматься в начале, пока нет навыка игры. Потом он появляется, и количество занятий сокращается. Но уже нужно учить новый материал. А это подразумевает дополнительные занятия. 

— Если флейтист уже достиг высокого уровня исполнительского мастерства, то может ли он почивать на лаврах?
— Нет. Так сделать не получится. Мы играем с помощью нашего тела. Играем мышцами, как спортсмены. Поэтому их нужно постоянно держать в тонусе. Это очень тонкая настройка организма, которую необходимо поддерживать в кондиции постоянно. От двух до четырёх часов в день у меня обычно уходит на игру. К этому ещё добавляются репетиции с пианистом либо оркестровые репетиции. Да и сам музыкант понимает: если хочет совершенствоваться, то нужно постоянно что-то подтягивать, что-то поправлять и дополнительно этим позаниматься. 

— Анна, вы родом из Абакана. У вас в городе много друзей и родных. Выступая здесь, вы ощущаете какую-то особую атмосферу в зале?
— Когда ты знаешь, что половина зала тебе знакома, да ещё на концерте присутствует много людей, которые видели твоё становление как музыканта, то отношение к исполнению особенное. Теперь я сюда приезжаю совершенно в другом статусе. И это большая ответственность выступать перед знакомыми тебе людьми, но при этом и большая радость. Меняется время, меняются приоритеты, но неизменным остаётся то, что ты приезжаешь туда, где есть люди, с которыми у тебя длительная история взаимоотношений. Для меня это большая ценность.

— Из обширного списка конкурсов, в которых вы одержали победы, какой считаете самым сложным и самым почётным?
— Пожалуй, выделю конкурс имени Чайковского. А ещё менее известный публике, но не менее значимый в профессиональных кругах международный конкурс ARD. Мы принимали в нём участие квинтетом и одержали победу. Среди музыкантов он очень почётный. Но самым сложным для меня всё же стал конкурс имени Чайковского.

— На взгляд далёкого от музыки обывателя, музыкантов, играющих на флейте, в России не очень много. Гораздо больше, например, тех, кто играет на гитаре. Велика ли конкуренция среди флейтистов?
— Она огромная. В России флейта набирает большую популярность. Отсюда и количество желающих ею заниматься. А количество рождает качество. Конкуренция постоянно растёт. Это, конечно, не футбол, которым хотят заниматься миллионы, но желающих тоже много. В профессиональных кругах сформировано большое флейтовое комьюнити. И там рождаются новые открытия. Потому что все постоянно делятся друг с другом опытом. Это помогает двигаться вперёд.

— Чтобы состояться в профессиональном плане в этой среде, что важнее: талант или упорство?
— Везде есть подводные камни. Можно по-разному делать себе карьеру...

— Неужели и в среде флейтистов ходят по головам?
— Да. Есть и такое.

— Но ведь лучших выявляет конкурс, неужели там нет объективного судейства? 
— Во всём, в чём нет объективности, а судейство на музыкальных конкурсах субъективно, везде, где есть человеческий фактор, есть свои подводные камни. Дальше это может быть как плюсом, так и минусом. У нас не спорт, где кто выше прыгнул и быстрее пробежал, тот и победил. У нас другие факторы играют роль. И судьи могут быть не против или не за кого-то из конкурсантов. Но субъективный фактор всегда присутствует. Если новый музыкант участвует во множестве конкурсов, это не означает, что он очень крутой. И наоборот, если музыкант в конкурсах не участвует, то это не значит, что он плохой музыкант. Скорее, в эту вторую сторону всё работает в музыкальном мире. Но при этом конкурсы определённого уровня дают тебе имя и узнаваемость. 

— Если имя и узнаваемость уже есть, то это ли не повод расслабиться и получать удовольствие?
— Можно, конечно, и расслабиться. Но потом ведь тебе всё равно на сцену нужно выходить и демонстрировать свой уровень мастерства. Никто за тебя перед публикой играть не будет. Наверное, в какой-то степени на концерте можно расслабиться только от того, что нет конкурсного судейства. Вот от этого можно чувствовать себя более свободно, позволить себе то, что не позволено на конкурсе. Но разве можно назвать это расслаблением в привычном смысле этого слова?

— Насколько флейтисту важно качество музыкального инструмента? Не стремятся ли исполнители заполучить старинную флейту, как скрипачи, которые мечтают обладать скрипкой Страдивари?
— У нас не ценятся старые инструменты, потому что флейта по конструкции совсем другой инструмент, чем был изначально. Это скрипка за 200 — 300 лет практически не менялась. А с флейтой всё иначе. Раньше она тоже была деревянная. Но её конструкция была такова, что ценности в ней для исполнителя сегодня нет. Сейчас в почёте новые качественные инструменты. Обладая таковыми, каждый флейтист с годами понимает, какие ему нужны особенности в конкретном инструменте. Можно сказать, что дальше идёт уже тюнинг флейты под индивидуального исполнителя. Лично я доверяю старым проверенным концернам. Поэтому искала себе инструмент определённого года выпуска, сделанный конкретным мастером. С ним и выступаю.

— Много ли сейчас концертируете?
— Много. Особенно в последние полгода. Вот сейчас из Абакана полечу в Питер, где живу, и через два дня у меня гастроли в Европе. Потом на неделю опять вернусь в Питер, а затем — поездка в Китай. Всё очень насыщенно, и в таком ритме я живу уже лет десять. 

— У нас сегодня крайне напряжённые отношения с Европой. Там ещё дают свободно выступать музыкантам из России? 
— Дело в том, что я гастролирую не с российским оркестром, а с европейским. Поэтому удаётся проблем, о которых вы сказали, избежать.

— Есть мнение, и весьма распространённое, что до понимания классической музыки нужно, что называется, дорасти. Вы с этим согласны?
— Мне сложно ответить на этот вопрос, потому что я на ней выросла. Но если бы вы спросили, что у меня играет дома, то ответила бы: классика у меня не звучит.

— Почему?
— Не могу относиться к академической музыке как к фону. Это музыка, на которую нужно намеренно потратить своё внимание, сконцентрироваться на ней. И в этом плане она более требовательная для людей. И это не снобизм какой-то во мне говорит. Классическая музыка — это как хорошая литература. Не графоманство, которое ничего тебе, кроме сюжета, не даст. А это то, что может изменить тебя изнутри. Ты погружаешься в неё и понимаешь, что отдача соразмерна потраченному времени. Вновь сравню классику с хорошей книгой, после прочтения которой у тебя в голове остаётся куча мыслей для дальнейшего рассуждения о себе и о жизни.

— Анна, вы достигли многих вершин в профессиональном плане. Есть ещё к чему стремиться?
— Когда уже не к чему стремиться, то можно в гробик лечь и ручки на груди сложить. Но у меня сейчас нет какого-то ярко выраженного стремления. Я хочу сохранять внутреннее спокойствие. Когда его обретаешь, то очень легко идти по жизни.